Глава 1. Зачем человеку учиться управлять

«Достаточно общая теория управления: зачем это надо?»

Всякая вещь есть форма проявления беспредельного разнообразия.¹

Почему умение управлять нужно каждому человеку? И зачем для этого теория, если люди веками управляли хозяйством, делом и собственной жизнью без всяких теорий?

Одной фразой на эти вопросы не ответить. Ответ прячется в самом управлении: в том, какое место оно занимает в нашей жизни и на чём держится. А ещё в том, почему одного опыта бывает мало и почему специалисты, у каждого из которых своя наука и свой язык, так часто перестают понимать друг друга.

1. Роль управления в жизни

1.1 Управление как основа деятельности разума

Каждый из нас, просыпаясь утром, начинает новый день с череды решений и действий. Мы планируем свои дела, выбираем, как провести время, общаемся с людьми, решаем рабочие задачи. Все эти повседневные действия, которые кажутся нам такими обычными и привычными, на самом деле складываются в одно большое дело: человек управляет своей жизнью.

Мы постоянно стремимся направить события в желаемое русло, добиться каких-то результатов, избежать нежелательных последствий. И неважно, идёт ли речь о приготовлении завтрака, о воспитании детей, о работе в офисе или об управлении государством: везде происходит одно и то же. Человек ставит себе цель и выстраивает свои действия так, чтобы достичь её.

Но так поступает не только отдельный человек. Бывает, что люди думают и решают вместе: друзья сообща собираются в поход, жильцы дома вместе решают, как чинить крышу. У такой группы тоже есть общая цель, и люди вместе делают что-то, чтобы её достичь. Всё, что сказано про одного человека, верно и для неё. Поэтому в ДОТУ речь идёт о любом разуме: и о разуме одного человека, и об общем разуме многих людей.

Всякий разум — индивидуальный или соборный — в иерархии взаимной вложенности структур и процессов Мироздания решает прежде всего задачи управления по отношению к иерархически низшим системам и задачи самоуправления в пределах возможностей, предоставленных иерархически высшим объемлющим по отношению к нему управлением.

Разум бывает у одного человека. А бывает общий разум, один на группу людей, которые думают и решают вместе.

Весь мир устроен так, что в нём одно вложено в другое: меньшее находится внутри большего. Так устроено и то, из чего мир состоит, и то, что в нём происходит. У каждого разума в этом устройстве есть своё место.

Со своего места разум прежде всего управляет, и задач у него две. Первая: управлять тем, что находится ниже него. Вторая: управлять самим собой. Но собой он управляет не как захочет, а в тех рамках, которые ему оставляет управление уровнем выше. Это управление того большего целого, внутри которого он сам находится.

Представьте капитана грузового корабля. Он ведёт судно, расставляет людей по вахтам, решает, как обойти непогоду: это управление тем, что ему доверено. В шторм он сохраняет спокойствие, не даёт себе растеряться, находит в себе силы не сорваться на команду – это уже управление самим собой. А какой груз везти, в какой порт и к какому сроку, ему назначает пароходство, и только в этих рамках он волен решать сам.

1.2 Самоуправление и соборный разум

Если продолжить образ про капитана и корабль, то первая из двух задач разума понятна сразу: капитан ведёт судно, и никто не усомнится, что это управление. Со второй задачей сложнее, потому что управление самим собой мы обычно управлением не называем. И всё же оно ничуть не менее важно. В ДОТУ оно называется самоуправлением.

Для человека самоуправление – это прежде всего управление самим собой: тот, кто управляет, и тот, кем управляют, здесь один и тот же человек. Человек решает, во сколько ложиться спать, держит себя в руках в ссоре, бросает вредную привычку. Всё это самоуправление.

Самоуправление доступно не только одному человеку, но и группе людей, которые думают и решают вместе. Общий разум такой группы в ДОТУ называется СОБОРНЫМ («соборный» от слова «собор», то есть собрание). Таким разумом бывает семья, которая вместе решает, переезжать ли в другой город. Таким разумом бывает трудовой коллектив, община или целый народ, объединённый общей культурой.

Возьмём ту же семью. У её общего разума те же две задачи, что и у отдельного человека. Семья управляет своим домом, семейным бюджетом, воспитанием детей. Семья занимается самоуправлением, когда устанавливает, например, свои правила и традиции. А вот цены в магазине и законы страны семье уже не подвластны: этим управляют общество и государство, внутри которых семья живёт.

1.3 Мир как матрёшка

Капитан и пароходство, семья и государство: всякий раз над тем, кто управляет, оказывается что-то большее, внутри чего он сам находится. Это не совпадение: так устроен мир, в котором одно всегда вложено во что-то другое, во что-то бОльшее. Самый понятный образ для этого – матрёшка. Клетка находится внутри органа, орган находится внутри тела человека, человек живёт внутри семьи, семья внутри города, город внутри страны, страна внутри человечества, и так далее, вплоть до всего мироздания. Так же вкладываются друг в друга любые процессы: урок идёт внутри школьного дня, школьный день внутри учебного года, учебный год внутри детства.

Такая вложенность в ДОТУ называется иерархией. Это не лестница начальников и не этажи здания, поставленные друг на друга, а именно вложенность: мЕньшее находится внутри бОльшего. Жизнь меньшего зависит от того, как всё устроено на уровне выше. И так можно описать весь мир целиком, со всеми его вещами и процессами, от того, что происходит внутри клетки, до того, что происходит со звёздами, галактиками и всей вселенной. В ДОТУ это называется Мирозданием.

В этой матрёшке человек находится где-то посередине. Ниже его то, что входит в его собственную жизнь и чем он может управлять: его тело, его вещи, его время, его дела. Выше то, внутри чего он сам находится. И над ним, по ДОТУ, стоят не просто законы природы и общества, а управление более высокого уровня. Такое управление называется объемлющим, то есть охватывающим человека со всех сторон, как большая матрёшка охватывает маленькую.

Пассажир в самолёте может свободно ходить по салону, читать, спать или болтать с соседом. Но куда лететь и на какой высоте, решает не он, а пилот. Вся свобода пассажира вложена в полёт, которым управляет кто-то другой. Так и человек: он свободен, но в тех рамках, которые ему оставляет управление более высокого уровня.

Из-за этой вложенности всё в мире связано и одно зависит от другого. Что на первый взгляд кажется простым, при ближайшем рассмотрении ВСЕГДА оказывается частью чего-то бОльшего. Даже когда человек просто щёлкает выключателем, за этим стоит работа электростанций, линии передачи, отношения между теми, кто производит электричество, и теми, кто за него платит. А если посмотреть ещё шире, то в эту картину войдут и политические отношения между странами, которые добывают и покупают топливо, и климат, и экология, и даже Солнце: сильная магнитная буря в 1989 году на девять часов оставила без света целую канадскую провинцию Квебек, около шести миллионов человек.

1.4 Без воли управления нет

Но место в матрёшке само по себе ещё не делает человека управленцем. У человека могут быть и тело, и время, и дела, а управлять он при этом ничем не будет, просто поплывёт по течению. Что нужно, чтобы управление действительно началось, подсказывает само слово «управление». К нему в ДОТУ есть небольшое, но важное добавление.

Хотя это слово и непривычно, но лучше сказать управоления, поскольку управление без воли невозможно. Слово «воля» имеет в Русском языке два значения: 1) свобода, 2) подчинение возможностей, освоенных человеком, и его способностей достижению избранных им определённых целей.

Слово непривычное, но лучше говорить управОление, со вставленной буквой «о». Тогда в нём слышна «воля», а без воли управление невозможно.

У слова «воля» в русском языке два значения. Первое: свобода. Второе: человек подчиняет всё, что он освоил и на что способен, тем целям, которые выбрал сам.

Представьте человека, который решил бросить курить. Первая воля (та, которая «свобода») у него есть: никто не заставляет его курить и никто не может ему это запретить. Но одной свободы мало. Нужна и вторая воля: каждый день подчинять своей цели руки, привычки, тягу и даже выбирать дорогу так, чтобы не идти мимо табачного ларька. Если есть только первая воля, то получается вечное «брошу с понедельника».

И раз уж без воли управления нет, значит, у каждого управления есть и хозяин: тот, кто выбрал цель и что-то делает, чтобы её достичь. А поскольку все мы разные, то и управляет каждый по-своему, и мастерство у всех разное.

1.5 Управление – выражение субъективизма

Хозяина управления называют субъектом. Но субъект – это не всякий, кто действует. Субъект – тот, кто сам понял, чего хочет, сам поставил себе цель и сам действует, чтобы её достичь. Такой человек и есть управленец. А бывает, что человек действует, и даже очень старается, но только выполняет чужие поручения: что велел начальник, то и делает. Он действует, но управляет не он. Он объект управления, инструмент в руках другого управленца, того, кто поставил цель.

Раз управляет всегда субъект, то и управлять он будет только так, как умеет сам. Так, как он видит дело, как его этому научили, насколько хватает его знаний, чутья и умений. Другого способа управлять у человека нет. Всё, что управленец вносит в управление от себя, в ДОТУ называется субъективизмом.

Слово «субъективный» при этом не хорошее и не плохое. Оно просто показывает, с какого места смотрят. В мире многое происходит на самом деле, кто бы на это ни смотрел: такие процессы называют объективными. А взгляд на них всегда чей-то, с места того, кто смотрит, и этот взгляд субъективный. Врач видит в человеке прежде всего организм, который нужно беречь и лечить, художник может увидеть в том же человеке источник вдохновения, а мать видит в нём своего ребёнка, сколько бы ему ни было лет. Но как бы по-своему управленец ни смотрел на мир, есть граница, которую не переступить никому: управлять можно только тем, что есть на самом деле.

Управление всегда — выражение субъективизма, но оно возможно только в отношении объективно существующих процессов и объективно осуществимых проектов. Если субъект-управленец оказывается во власти иллюзии существования объекта (процесса), которым он претендует управлять, или во власти иллюзии объективной осуществимости проекта, то его разочарование будет вполне реальным, а возможно — весьма жёстким…

Управляет всегда кто-то, и этот «кто-то» всегда вносит в управление что-то своё. Иначе не бывает. Но управлять можно только тем, что на самом деле существует, только теми процессами, которые на самом деле происходят. И браться можно только за те задачи, которые на самом деле выполнимы.

Но бывает, что управленцу только кажется, будто есть то, чем он собрался управлять, а на самом деле этого нет. Или ему кажется, что его замысел можно выполнить, хотя на самом деле это сделать нельзя, причём нельзя по объективным причинам. Если управленец живёт в таких иллюзиях, то его ждёт самое настоящее разочарование, а может быть, и очень жёсткое.

От чего же зависит, впадёт ли управленец в такие иллюзии? От его умения, от его навыков. Дальше в ДОТУ сам субъективизм управленца назовут «квалификацией управленца» (гл. 3), то есть его чутьём к тому, что на самом деле происходит, что на самом деле возможно, а что нет. От этого чутья и зависит, получится ли у человека управлять.

Представьте двух лётчиков в одинаковых самолётах и в одну и ту же погоду: дует сильный боковой ветер. Это от них не зависит. А вот чутьё, опыт, понимание того, что самолёт может, а чего не может, у каждого своё. Один чувствует, сможет ли машина сесть при таком ветре: если сможет, он спокойно сажает её, а если нет, уходит на запасной аэродром. Другой этого не чувствует и либо не решится сесть там, где самолёт бы справился, либо полезет туда, где самолёт уже не вытянет.

Но и самое большое умение не сдвинет законов природы. Как бы сильно человек ни хотел научиться летать, взмахивая руками, как птица, он всё равно не полетит.

Фермер может управлять тем, как растут растения: поливать их, удобрять, полоть сорняки, вовремя сеять и убирать урожай. Но приказать растению расти быстрее или стать другого цвета он не может. Поэтому хороший фермер не спорит с законами природы, а управляет в их рамках.

Принять желаемое за действительное очень легко и в самой обычной жизни. Человек может долго и старательно лечить у себя болезнь, вычитанную в интернете, и при этом не замечать болезни, которая у него есть на самом деле. Люди несут деньги в финансовые пирамиды, а те обещают доход, какого не может быть просто по законам экономики (и банальной математики). Но вот платить за такие ошибки приходится настоящим здоровьем и настоящими деньгами.

1.6 Предвидение – объективная основа управления

Выходит, управленец смотрит на мир своими глазами, а отвечать ему приходится перед миром настоящим, который иллюзий не прощает. Если управление всегда исходит от конкретного человека с его взглядом и умением, то на чём оно держится? Что в нём есть такого, что от настроения и мнений не зависит? Ответ в ДОТУ звучит как парадокс.

Объективной основой управления является субъективная способность управленца предвидеть поведение объекта управления под воздействием: внешней среды, собственных изменений объекта, управления. Реализация этой способности — ключ ко вхождению в управление: всё остальное — выражение этой способности в той или иной конкретике управления.

Чтобы чем-то управлять, надо заранее понимать, как оно себя поведёт. Смотреть при этом нужно сразу с трёх сторон. Первая сторона: что с ним произойдёт от того, что творится вокруг (факторы внешней среды). Вторая: как оно будет меняться само, даже если его никто не трогает. Третья: как оно поведёт себя от самого управления, то есть от того, что с ним делает управленец.

Это умение видеть наперёд у каждого своё: у одного оно сильнее, у другого слабее. Но именно на нём на самом деле держится любое управление, и без него управлять не получится ничем. Кто применяет это умение на деле, тот и входит в управление. А всё остальное, что человек делает, когда управляет, вырастает из этого же умения, только применённого к конкретному делу.

Опытный шахматист продумывает игру на несколько ходов вперёд. Так и в управлении: кто так не умеет, может только догонять события, и тут ему мало помогут и власть, и деньги.

Из трёх сторон проще всего упустить из виду третью. Кажется, что управленец стоит в стороне и только выбирает, что ему делать. Но его собственное действие тоже меняет то, чем он управляет, и это надо видеть заранее. Пнёшь футбольный мяч, и он полетит. Пнёшь точно так же тридцатикилограммовую гирю, и сломаешь себе ногу.

Остаётся парадокс: как основа управления может быть объективной, если сама способность предвидеть субъективная? Субъективная она потому, что живёт в голове конкретного человека и у каждого своя. А «объективная» значит: так есть на самом деле, а не по чьему-то мнению. На самом деле любое управление держится именно на этой способности, признаёт это кто-то или нет. Кто не видит наперёд, тот не управляет, что бы он сам об этом ни думал. И проверяет это сама жизнь: либо события пошли так, как ты предвидел, либо нет, и спорить тут не о чем.

Представьте, что вы едете на велосипеде по лесной тропинке. Чтобы движение было плавным и безопасным, вы смотрите не под колёса, а на несколько метров вперёд. При этом вы следите сразу за тремя вещами. Первая – тропинка: корни, лужи, ветки, встречный грибник. Вторая – сам велосипед: цепь начала проскакивать, тормоза стали хуже держать на мокром. Третья – ваши собственные действия: резко крутанёте руль на песке, и велосипед уйдёт из-под вас.

2. Передача управленческих навыков

Так зачем же теория, если люди веками управляли без неё? Теперь к этому вопросу можно подойти ближе. Чтобы управлять, человеку нужно многое: навыки, жизненный опыт, знание своего дела, умение учитывать то, что творится вокруг. Всё это важно, и без этого не обойтись. Но в конечном счёте всё это нужно для одного: чтобы человек мог заранее увидеть, к чему приведёт его управление и что будет, если не управлять вовсе. Опыт, навыки и знания как раз и помогают видеть наперёд точнее. Поэтому дальше важно понять, откуда эта способность берётся и как она переходит от одного человека к другому.

2.1 Управление на основе практических навыков

Каждый знает людей, которые прекрасно управляются со своим делом без всякого специального образования и без теории. Это может быть бабушка, которая виртуозно управляется с большим хозяйством, или мастер на производстве, который чутьём понимает работу сложного станка.

Управление возможно на основе практических навыков, которые индивид-управленец более или менее целенаправленно и осознанно использует, развивает и накапливает в качестве своего жизненного опыта. Какая-либо теория ему лично для осуществления управления в общем-то не нужна, если он достаточно чувствителен и внимателен к тому, что и как происходит в сфере его управленческой деятельности.

Управлять можно и без теории, на одном опыте. Человек делает дело, учится по ходу, и умение копится у него с годами. Иногда он сам понимает, чему и зачем учится, а иногда умение складывается почти само собой. Лично ему теория для управления в общем-то не нужна. Но только если он чутко и внимательно следит за своим делом: что в нём происходит и как.

Это похоже на то, как дети учатся ходить. Никто не объясняет младенцу законы физики и устройство мышц. Он просто пробует, падает, снова встаёт, и постепенно его тело само находит правильные движения и равновесие.

У такого пути есть свои плюсы. Человек получает настоящие, проверенные жизнью навыки. Он учится чувствовать ситуацию, замечать мельчайшие детали, которые могут быть важны для решения. Его знания не оторваны от реальности, а связаны с конкретными задачами и условиями.

Опытный строитель может по звуку определить качество кирпича, по виду раствора оценить его прочность, по множеству едва заметных признаков предсказать, как поведёт себя конструкция. Такое мастерство приходит с годами работы, а не с прочитанными книгами.

2.2 Передача навыков без теории

Пока опыт нужен только самому мастеру, всё просто. Сложнее становится тогда, когда накопленный опыт нужно передать другим людям, тем, кто только начинает. Как объяснить то, что сам делаешь по чутью? Оказывается, иногда объяснять и не нужно.

Передача управленческих навыков другим — тем, кто только вступает в сферу управленческой деятельности, — также возможна без каких-либо теорий, если они (вступающие в сферу управления), в свою очередь, чувствуют то, что происходит в сфере их деятельности, видят как реагирует на это управленец-учитель, и способны хорошо вообразить себя на его месте в различных управленческих ситуациях.

Представьте кошку с подросшими котятами. Объяснить им, как охотиться, она не может: у неё нет ни слов, ни правил. Она просто охотится у них на глазах. Котята смотрят, как мать замечает добычу, как затаивается, подкрадывается и прыгает. Они будто примеряют её прыжок на себя, а потом пробуют сами, промахиваются и пробуют снова.

Кошка-мать приносит котятам добычу и учит их её ловить. А в 1930 году китайский психолог Го Жэньюань растил котят в разных условиях: одних с матерью, других поодиночке. Из тех, кто видел, как мать ловит крыс, сами стали их ловить 18 из 21, то есть почти девять из десяти. Из тех, кого растили одних, без примера, ловить стали только 9 из 20, меньше половины.

Так же учатся и люди: подмастерье рядом с мастером, новичок рядом с опытным водителем. Иногда это работает прекрасно. А иногда ученик видит только внешнюю сторону того, что делает мастер, и старательно повторяет то, что бросается в глаза.

Начинающий повар, наблюдая за работой шеф-повара, может решить, что секрет вкусного блюда в том, как красиво шеф подбрасывает продукты на сковороде. А на самом деле главное – правильная температура и время приготовления, которые опытный повар чувствует, даже не задумываясь об этом.

2.3 Шишки достаются не только себе

Учёба, как у кошки с котятами, хороша, пока ученик вникает в дело. А что бывает с теми, кто не вник? Об этом в ДОТУ сказано прямо. Встретится здесь и тяжёлое на слух выражение «понятийный и терминологический аппарат». Слово «аппарат» тут значит не прибор, а набор средств, которыми работают. Понятийный и терминологический аппарат – это набор понятий и точных слов-терминов, которыми теория описывает своё дело.

Но процесс передачи управленческих навыков в какой-либо отрасли общественной деятельности без опоры на понятийный и терминологический аппарат теории управления во многом похож на воспитание мамой-кошкой котят: кто проникся происходящим процессом управления и смог вообразить себя в нём, а потом вести себя в качестве управленца в реальных жизненных ситуациях — молодец, а кто не смог — набьёт себе много шишек.

Если в каком-то общем для людей деле умению управлять учат без теории управления, без её понятий и точных слов, то учёба во многом похожа на то, как кошка учит котят. Кто вник в то, как идёт управление, представил себя на месте управленца, а потом и в жизни стал вести себя как управленец, тот молодец. А кто не сумел, тот набьёт себе много шишек.

С шишками можно было бы и смириться: в конце концов, это его шишки, и набьёт он их вроде бы только себе. Но есть одно «но». Набьёт он их «не только себе, но и окружающим, поскольку всякое действие в обществе, а тем более общественно-управленческое действие, затрагивает множество людей, подчас не в одном поколении».

Родитель, который воспитывает детей методом проб и ошибок, ставит эти пробы на собственных детях, и последствия его ошибок дети часто уносят во взрослую жизнь, а потом передают своим детям. Руководитель города, который учится управлять на ходу, набивает шишки всему городу своими кривыми управленческими решениями, и разбираться с его ошибками будут ещё те, кто сегодня ходит в школу. Чем больше людей зависит от управленца, тем дороже обходится его учёба на собственных ошибках.

2.4 Теория и практика в обучении управлению

Выходит, учиться управлять без теории, на одном живом примере, можно. Так учились веками, и у многих получалось. Но у такой учёбы есть цена. Одно дело, когда без теории учится один человек: если он не вникнет, шишки достанутся ему самому и тем, кто рядом. Другое дело, когда так растёт целое поколение управленцев: кто-то из них вникнет в дело, а кто-то нет, и шишки от тех, кто не вник, достанутся всем. Какой же вывод отсюда следует для общества, которое растит своих управленцев?

Поэтому обществу для передачи управленческой культуры от поколения к поколению всё же лучше передавать её на основе теории, а не исключительно на основе принципов взаимоотношений мамы-кошки с подрастающими котятами: иными словами, теория и принципы взаимоотношений мамы-кошки с подрастающими котятами должны взаимно вспомоществовать друг другу в процессе обучения.

Всё, что люди знают и умеют в управлении (это и есть управленческая культура), общество передаёт от поколения к поколению. Делать это ему всё же лучше с опорой на теорию, а не только так, как кошка учит котят. Иначе говоря, когда люди учатся управлять, теория и учёба на живом примере должны помогать друг другу.

Практика наполняет теорию живым содержанием и превращает её из схем на бумаге в настоящие навыки. А теория даёт опыту то, чего ему самому не хватает. С ней легче:

понять причины и следствия того, что происходит;
увидеть общие закономерности в разных ситуациях;
заранее увидеть возможные проблемы и пути их решения;
быстрее учиться на своём и чужом опыте;
передавать знания другим так, чтобы ученикам не приходилось обо всём догадываться самим.

Кстати, именно так получают водительские права. По закону мало просто научиться ездить: нужно пройти обучение в автошколе, а потом сдать два экзамена, теорию и вождение с экзаменатором. Общество не доверяет руль ни тому, кто знает только билеты, ни тому, кто «и так умеет ездить».

Теория и практика в обучении подобны двум ногам, на которых человек идёт к мастерству. Пытаться идти на одной ноге, с одной теорией без практики или с одной практикой без теории, можно, но так легко оступиться, и не одному себе на беду. Только когда обе ноги работают согласованно, движение становится уверенным.

2.5 Знает всё, а управлять не может

Для того чтобы ходить, нужны обе ноги. И теория без практики хромает. До сих пор речь шла о тех, кто учится управлять на одном опыте, без теории. Но бывает и наоборот. Человек прочитал умные книги, выучил все слова и правила и может гладко рассуждать об управлении. А поручи ему настоящее дело, и всё валится из рук. Чего ему не хватает? В ДОТУ об этой опасности есть отдельное предупреждение, и котята в нём снова служат образцом.

Такого человека называют начётчиком-догматиком. Начётчиком в старину называли того, кто много прочитал и знает книги чуть ли не наизусть, но живого смысла прочитанного не чувствует. Догматиком называют того, кто держится за заученные положения, даже когда жизнь показывает что-то другое.

Но обретя понятийный и терминологический аппарат какой-либо теории управления, не следует утрачивать и то, что свойственно котятам под руководством мамы-кошки, — воображения себя в ситуациях управления. В противном случае, “управленец” — начётчик-догматик, вдоволь нахватавшись терминологии, свойственной теории, формально-логически правильно оперируя ею, так и не сможет войти в практику управления конкретными процессами и будет выглядеть посмешищем на фоне теоретически безграмотных управленцев-практиков, чувствующих жизнь и воображающих себя в ситуациях управления обстоятельствами.

Допустим, человек выучил какую-нибудь теорию управления, все её понятия и все её слова. Даже тогда он не должен терять то, что умеют котята, когда учатся у мамы-кошки. А котята умеют представить себя на месте того, кто управляет.

Если человек это умение потеряет, он станет «управленцем» только на словах: зубрилой, который держится за заученное. Умных слов он нахватается вдоволь и будет складно ими пользоваться, по всем правилам логики. Но управлять настоящим делом он так и не сможет. А рядом с практиками, которые никакой теории не знают, он будет выглядеть посмешищем. Потому что они чувствуют жизнь и умеют представить себя в деле, где надо управлять обстоятельствами, а он нет.

Представьте человека, который прочитал всё о плавании: как грести руками, как работать ногами, как дышать. Он может прочесть об этом лекцию и не ошибиться ни в одном термине. Но в воду он ни разу не входил. А рядом мальчишка, который никогда не слышал слова «кроль», спокойно переплывает речку туда и обратно. Кто из них умеет плавать, понятно без лекций.

3. Проблема взаимопонимания в управлении

Если умение управлять лучше передавать с опорой на теорию, встаёт следующий вопрос: на какую теорию опираться?

3.1 Специализация языков описания

На самом деле общество давно умеет передавать знания на основе теории. «Фактически так оно и есть: все частные отрасли прикладной науки развили свой понятийный и терминологический аппарат, на основе которого передаются знания от поколения к поколению».

Медицина, инженерное дело, экономика, искусство: каждая такая область выработала свой язык. Когда люди долго занимаются каким-то делом, они находят самые точные и удобные слова для того, что для них важно.

Профессиональный язык, если задуматься, очень удобен: специалисты быстро и точно понимают друг друга, обсуждают сложные вопросы, передают знания новичкам.

Возьмём, например, медицину. Когда врач говорит коллеге «пациент с острым аппендицитом», этих нескольких слов достаточно, чтобы передать большой объём сведений о состоянии больного и о том, что делать дальше. Если бы врач попытался объяснить то же самое обычными словами, ушло бы гораздо больше времени, и легко было бы что-то напутать.

Но у такой специализации есть обратная сторона: специалистам из разных областей становится всё труднее понимать друг друга. Подчас одно и то же слово в одной отрасли означает одно, а в другой нечто совсем иное.

На железной дороге «тендером» когда-то называли прицеп к паровозу, в котором везли воду и топливо; теперь, когда паровозов почти не осталось, это слово устарело. А в экономике, по образцу английского языка, «тендером» называют конкурс на подряд и деловое предложение на таком конкурсе. Слово одно, а железнодорожник и экономист услышат в нём совершенно разное.

Так же и слово «реакция» для химика означает превращение одних веществ в другие, для врача – ответ организма на какое-то воздействие, для психолога – ответное поведение человека, а для физика-ядерщика – процесс в атомном ядре.

3.2 Процессы управления в разных сферах

Получается странная картина: каждая отрасль говорит на своём языке, а занята, если присмотреться, одним и тем же. В любой сфере человеческой деятельности идёт управление, хотя называется оно по-разному. Учитель управляет обучением, инженер управляет работой машин. Но сами они редко называют своё дело управлением.

По этому поводу в ДОТУ есть горькая шутка: «медицина лечит и калечит, а не управляет здоровьем и болезнями; химия “химичит”, а не управляет синтезом и распадом химических соединений; архитектура и строительство что-то воздвигают, а не управляют проектированием и возведением объектов».

В этой шутке много правды. Из неё можно сделать и свой вывод: бывает, что отрасль, которая не видит в своём деле управления, добивается не того, чего хотела, и тогда лечение калечит, стройка уродует город, а химия отравляет реку.

Когда врач назначает лечение, он по сути управляет состоянием пациента. И ему нужно предвидеть ровно те три вещи, о которых шла речь выше: как на больного влияют условия, в которых он живёт, как поведёт себя болезнь сама по себе и как организм отзовётся на лекарство.

Более того, в жизни часто приходится управлять сразу несколькими процессами разной природы. Возьмём переезд семьи в другой город. Нужно управлять сразу:

деньгами (продать старое жильё, купить или снять новое, не остаться в долгах);
работой (найти место для мужа и жены);
учёбой детей (подобрать школу и помочь им прижиться);
здоровьем (не бросить стариков-родителей, найти новых врачей);
отношениями в семье (переезд – испытание для всех).

И все эти процессы связаны и влияют друг на друга. Нельзя успешно управлять одним, забыв об остальных. А помогают семье риелтор, банкир, учитель, врач, и каждый из них говорит на своём языке. Как же согласовать всё это между собой?

3.3 Барьеры междисциплинарного общения

В семье этот вопрос решают на кухне, а в большом деле он встаёт в полный рост. Многие важные задачи требуют, чтобы вместе работали специалисты из разных областей. Например, для создания медицинского оборудования нужны врачи, которые понимают нужды больницы, инженеры, способные создать устройство, программисты, которые напишут для него программы, дизайнеры, которые сделают его удобным, и экономисты, которые рассчитают стоимость производства.

Но когда такие специалисты собираются вместе, чтобы впервые разобраться в общей для них проблеме, оказывается, что им очень трудно найти общий язык.

Прежде чем начать решать саму проблему, «они изведут уйму времени для того, чтобы выработать некий общий для них профессиональный слэнг», то есть особый язык для своего общего дела. Если у них всё получится и их работу признают, этим языком потом будет пользоваться всё общество, когда будет решать задачи такого рода. Так на стыке старых наук рождаются новые, со своими словами, которые потом заучивают студенты.

Дело осложняется тем, что у каждой профессии не только свой язык, но и свой способ мышления, свои подходы к решению задач. Инженер привык всё считать, художник думает образами, а экономист прикидывает затраты и выгоду.

При строительстве дома работают архитекторы, инженеры-конструкторы, специалисты по отоплению и водопроводу, дизайнеры интерьеров, экономисты. Если между ними нет взаимопонимания, начинаются беды. Красивое решение архитектора оказывается невыполнимым для конструкторов, а удобная планировка не оставляет места для труб и проводов.

И это ещё тот случай, когда общий язык в конце концов находят.

3.4 Вавилонская башня

Выработать общий язык удаётся не всегда. И тогда специалисты не могут даже как следует понять проблему, ради которой собрались, не могут перевести её в задачи и решить её. Проблема – это когда что-то идёт не так и это чувствуется. Задача – это когда ясно, что именно и как надо сделать. Без общего языка от первого ко второму не перейти.

Для такого провала в ДОТУ взят образ из Библии. В книге Бытия рассказывается, что когда-то у всех людей был один язык. Люди решили построить город и башню высотой до небес. Тогда Господь смешал их язык так, чтобы они перестали понимать речь друг друга. Строительство остановилось, а люди рассеялись по всей земле. Специалисты, которые так и не нашли общего языка, повторяют судьбу строителей Вавилонской башни: дело стоит, а все расходятся каждый в свою сторону.

И это касается любых проблем, «будь то мелкие житейские домашние дела, или же общественно полезное функционирование государственности». Муж говорит жене «давай отдохнём в выходные» и имеет в виду диван и тишину, а она слышит поездку за город. Оба хотят одного и того же, отдыха, а в итоге ссорятся. Вавилонская башня может вырасти и на кухне, где родные не могут понять и принять потребности друг друга, и в правительстве, где разные ведомства решают одну задачу, говоря на разных языках.

3.5 Наука и Религия

До сих пор речь шла о людях, которые собрались решить одну общую задачу. Но Вавилонская башня бывает и куда больше. Самый большой её пример касается не отдельных специалистов, а двух огромных областей культуры. У каждой из них свой язык, свои книги и свои учителя, и обе живут с незапамятных времён.

представители Науки и Религии (как отраслей культуры цивилизации), одинаково заявляя о том, что они работают на благо человечества, непрестанно конфликтуют друг с другом на протяжении всей памятной истории человечества.

Беда в том, что и внутри Науки, и внутри Религии дело обстоит не лучше, чем между ними. Наука раздробилась так сильно, что не только представители разных наук не понимают друг друга, но и специалисты из разных разделов одной науки перестают находить общий язык. Религии тоже не могут прийти к единому пониманию истин о Боге и об обществе, и каждая из них в прошлом породила множество сект и продолжает плодить новые.

Выходит, что у Науки и Религии в нынешней цивилизации есть только одна общая черта: обе дробятся изнутри, и внутри каждой люди перестают понимать друг друга. И эта общая черта, по ДОТУ, «непрестанно усугубляет положение дел как внутри общества, так и в его взаимоотношениях с Природой». Людям, которые не понимают друг друга, трудно договориться о чём угодно, а значит, и о том, как жить на Земле, не разрушая её.

4. ДОТУ как универсальный язык описания

4.1 Обобщающая роль теории управления

Значит, людям нужен язык, который не принадлежит ни одной отрасли и подходит всем. Выход из тупика там же, где всё начиналось: в управлении. Ведь управление, как мы уже видели, идёт в любом деле, хотя в каждой отрасли называется по-своему. А раз так, то и язык теории управления может подойти любому делу.

Однако, всякий процесс в Мироздании может быть интерпретирован (представлен, рассмотрен) в качестве процесса управления или самоуправления. По этой причине понятийный и терминологический аппарат именно теории управления как таковой является обобщающим, что позволяет с его помощью единообразно описывать разные процессы: общеприродные, биологические, технические, и тем более — все социальные и процессы психической деятельности.

Всё, что происходит в мире, можно рассмотреть как управление или как самоуправление. Поэтому понятия и слова теории управления годятся для всего сразу. С ними можно одним и тем же способом описать самые разные вещи: то, что происходит в природе, в живых существах и в технике. А тем более можно описать всё, что происходит между людьми и в душе у человека, в его мыслях и чувствах.

Такой язык пригодится не только учёным и инженерам. Ссору с близким, страх, обиду, вредную привычку, вспышку гнева тоже можно рассмотреть как процессы управления или самоуправления. А значит, в них можно разобраться тем же языком, каким разбирают управление машиной, семьёй или страной.

При этом ДОТУ не заменяет специальных знаний. Так же и с английским: если знаешь английский, врачом или инженером от этого не станешь, зато сможешь говорить с людьми из разных стран и профессий.

ДОТУ можно сравнить с азбукой управления. Из букв складывается любой текст, от записки до научного трактата. Так и из основных понятий ДОТУ складывается описание любого управления, от самого простого до самого сложного.

4.2 ДОТУ как средство междисциплинарного общения

Вернёмся к специалистам, которые собрались вместе и никак не найдут общего языка. Что изменится, если у каждого из них, кроме языка своей науки, будет ещё и язык теории управления?

Единообразное описание разнородных процессов с привлечением достаточно общей теории управления позволяет стоять на фундаменте всех частных наук; легко входить в любую из них; и при необходимости — найти общий язык со специалистами в них: т.е. понятийный и терминологический аппарат достаточно общей теории управления — средство междисциплинарного общения специалистов разных частных отраслей знания и деятельности; средство объединения разрозненных научных знаний и прикладных навыков в гармоничную целостность, необходимую для безопасной жизни и деятельности отдельных людей и коллективов, слагающих общество. В этом — главное достоинство понятийного и терминологического аппарата теории управления.

Когда самые разные вещи описывают одним и тем же способом, с помощью достаточно общей теории управления, это даёт три возможности. Первая: опираться на то общее, на чём держатся все отдельные науки. Вторая: легко разобраться в любой из них. Третья: когда нужно, найти общий язык с теми, кто в ней работает.

Получается, понятия и слова этой теории помогают людям, занятым разными науками и делами, понимать друг друга. А ещё знания у людей сейчас разбросаны по разным наукам, а умения, нажитые на практике, рассеяны по разным ремёслам. Понятия и слова теории управления помогают соединить всё это в одно целое, где одно согласовано с другим. Такое целое нужно, чтобы безопасно жили и работали и отдельные люди, и коллективы, из которых состоит общество. В этом и есть главное достоинство понятий и слов теории управления.

Возьмите, например, ноты. Музыканты из Японии, Бразилии и России могут не знать ни слова на языках друг друга, но, положив перед собой одни и те же ноты, они сыграют одну и ту же музыку. Ноты не переводят с японского на русский, они просто одинаково понятны всем, кто их знает.

Если додумать эту мысль, то кто владеет языком ДОТУ, тот сможет:

переносить удачные решения из одной области в другую;
понимать, как связаны между собой разные стороны сложной проблемы;
согласовывать совместные действия.

Одно исключение всё же есть: не во всякую науку через ДОТУ легко войти. Это математика, грамматика и подобные им науки: они сами служат языками для описания мира, так же как и теория управления. Зато их язык тоже можно привлечь, чтобы описывать управление.

4.3 Категории и структура ДОТУ

Всякий язык складывается из слов. Откуда же берутся слова языка ДОТУ, если описывать им предстоит всё на свете?

Каждый процесс в ДОТУ называется со-бытием, через дефис. Бытие – это существование, жизнь чего-либо, а «со» значит «вместе». Процесс никогда не идёт сам по себе: он всегда существует вместе с множеством других процессов, вложенных друг в друга. И во всём этом многообразии, если рассматривать его как управление или самоуправление, можно найти то, что есть у всех процессов. Из этого общего и строится язык достаточно общей теории управления. Отсюда и название: теория достаточно общая, потому что построена на этом общем.

Самые основные понятия этого языка называют категориями. От обычного понятия категория отличается тем, что она есть в любом процессе управления, чем бы ни управляли: государством, семьёй или велосипедом. Категории и есть буквы той азбуки управления, с которой мы сравнивали ДОТУ.

В любом языке есть существительные, глаголы, прилагательные и другие части речи, и соединяются они по своим правилам. Так и в ДОТУ категории связаны между собой. Кто поймёт эти категории и связи между ними, тот и освоит теорию управления.

Вернёмся к велосипедисту на лесной тропинке. Уже по этой главе в его поездке можно разглядеть:

субъекта-управленца (велосипедиста);
объект управления (велосипед в движении);
цель (доехать до опушки);
внешнюю среду (тропинку, корни, лужи, ветер);
управление (педали, руль, тормоза);
и основу всего: способность велосипедиста предвидеть, что с велосипедом сделает дорога, что в нём самом может отказать и как он отзовётся на руки на руле.

Те же самые категории мы найдём в любом процессе управления, будь то управление государством, воспитание детей или приготовление обеда. Меняется то, чем они наполнены, а их строение и связи между ними остаются неизменными. Как точно называются эти категории и как они связаны между собой, в ДОТУ рассказано дальше. Сначала там коротко говорится обо всех категориях сразу, а потом подробно о каждой и о том, как она связана с остальными.

Козьма Прутков сказал: «Всякая вещь есть форма проявления беспредельного разнообразия». Разнообразие и правда беспредельно. Но в нём есть общее, и кто научится видеть это общее, тот разберётся в любой части мира, от своей семьи до своей страны.

Вне протокола

Василий Ефимов

от себя: мнение, истории, опыт

Вне протокола

Игрок или NPC

В детстве я любил играть в компьютерные игры. В любой игре, если кто не знал, есть два вида персонажей. Первый – игровой: тот, за кого играешь ты сам. Второй – NPC (от английского non-player character, «неигровой персонаж»). Это все остальные жители игрового мира: кто-то стоит «для мебели», кто-то выдаёт задания, которые игроку нужно выполнить, кто-то торгует, кто-то лечит, кто-то чинит доспехи. NPC ходят, разговаривают и, конечно же, бывают даже очень полезны... но в саму игру они не играют. Каждый их шаг заранее прописан в сценарии... в сценарии, который написал кто-то другой. А игровым персонажем управляет живой человек по ту сторону экрана, со своей волей и своими желаниями.

Так вот, эта игровая метафора на удивление точно ложится на жизнь. Есть люди, с которыми жизнь СЛУЧАЕТСЯ. А есть люди, которые в неё ИГРАЮТ. Неигровой персонаж – это когда человек сам ничего не выбирал. Сценарий написали родители, обстоятельства, «так у всех», а человек просто идёт по нему, даже не замечая, что это чужой сценарий, который он/она никогда не выбирали сами.

Такая жизнь очень похожа на сон. В разных духовных традициях об этом говорят по-разному, но смысл узнаётся сразу: человек вроде бы живёт, всё вокруг происходит... но как будто без него. Сон наяву. И, по моему глубокому убеждению, такая жизнь категорически скучнее, чем жизнь ИГРОКА. А ещё она пролетает незаметно, буквально за одно моргание: вот ты утром проснулся... а вот тебе уже пора умирать.

Что делает человека игроком

Что же отличает игрока от NPC? По большому счёту, одно – субъектность, то есть способность быть субъектом. Кто это такой, вы уже прочитали в этой главе: тот, кто сам понял, чего хочет, сам поставил себе цель и сам действует, чтобы её достичь. А тот, кто ТОЛЬКО исполняет чужую волю, – это объект, инструмент в руках другого. Субъект понимает, чего он на самом деле ХОЧЕТ, и берёт на себя ответственность за то, чтобы его вот это «хотение» стало реальностью. Ну и, конечно же, действует: не только думает и планирует, но и делает.

При этом никто не бывает субъектом везде и во всём. Помните матрёшку из этой главы? Над каждым из нас всегда есть что-то большее, и в каких-то делах мы неизбежно оказываемся объектами, инструментами в чужих руках... и это нормально. Пассажир не обязан управлять самолётом. Вопрос в другом: куда идёт генеральная линия твоей жизни? Ты в свою жизнь играешь... или она с тобой просто случается?

Пара слов про кризисы

А если жизнь с человеком просто случается и он долго спит наяву, она начинает его будить. Очевидно, что ни один человек в здравом уме кризиса себе не хочет. Я тоже не хочу, я бы с удовольствием пожил спокойненько... Но кризисы всё равно приходят, в жизни каждого. И вот на них я предлагаю посмотреть с другой стороны.

Тому, у кого всё в порядке с осознанностью, такие будильники в общем-то не нужны. Он и так идёт своей дорогой, занимается своим предназначением, он субъект, он игрок, и «Вселенной» не нужно его подталкивать. А вот если человек от своей игры отказывается, «Вселенная», поскольку она его любит, даёт ему ещё шансы. Только выглядят эти шансы как кризисы, проблемы, беды. По сути, это попытки разбудить его и сделать из неигрового персонажа игрока. Ведь когда случилась беда, спать дальше уже не получается: хочешь не хочешь, приходится просыпаться и что-то делать. Эту мысль я очень чётко зафиксировал для себя в джйотиш (изучаю и практикую уже много лет). Для меня это такая же мощная методология, как и ДОТУ, и описывает она ту же самую жизнь. Просто ДОТУ смотрит на неё через процессы управления, а джйотиш – через архетипы, энергии и то, как всё взаимосвязано, на немного другом уровне.

Да, это, порой, бывает страшно. Но, поверьте мне на слово, кризис – это ещё и знак внимания. Как будто «Вселенная» говорит: мне на тебя не всё равно, я в тебя ещё верю и вижу, на что ты способен. Не зря говорят, что жизнь не даёт испытаний, которых мы не можем вынести. Главный вопрос только в том, что ты в кризисе делаешь и как его проживаешь. Мою жизнь кризисы всякий раз меняли к лучшему... правда, видно это становилось только спустя годы.

Любой кризис – это звоночек: пора что-то менять. И неважно, чем он вызван: твоими собственными ошибками, случайностью или стечением обстоятельств. Даже если человек потерял близкого, это значит, что жизнь, какой она была раньше, уже не вернётся. Начинается время перемен. А переменами лучше управлять, а не пускать всё на самотёк.

Так что если человек дошёл до точки кипения, когда жизнь в нынешнем виде уже опостылела и ясно, что надо что-то делать... или уже случилось то, что принято называть бедой, кризисом, проблемой, то в каком-то смысле это «хорошо». Именно с таких моментов обычно и начинается путь героя в любой хорошей истории. И, что любопытно, по ДОТУ с того же начинается и управление: человек замечает, что вокруг что-то происходит и это касается его самого (все шаги управления по порядку мы пройдём дальше по книге). Конечно, к бедам стремиться не надо: теорию куда лучше осваивать спокойно, как на учебном полигоне, где ошибка ничего не стоит. Но если кризис уже пришёл, то времени заниматься ерундой больше нет. Пора осваивать управление.

Правила игры

Проснуться и решить играть – это ещё только начало. Дальше нужно научиться играть хорошо. В этой главе вы видели, на чём держится любое управление: на умении предвидеть, что будет. Кто-то, как та бабушка с большим хозяйством, нарабатывает это умение годами практики. Но так выходит не у всех и не сразу (а шишки, как мы помним, достаются не только тому, кто ошибся). ДОТУ для меня – школа, которая помогает пройти этот путь быстрее и с меньшими потерями. Просто потому, что она описывает правила игры в этом мире: как здесь всё устроено и как работает, от кухни до государства.

И польза от неё двойная. С одной стороны, ДОТУ в умелых руках позволяет творить, созидать и по-настоящему менять мир вокруг: ты видишь, как работает мир, и действуешь в лад с ним, а не наперекор. С другой стороны, она помогает выбираться из самых сложных ситуаций, потому что ты понимаешь природу кризиса. Видишь, что и откуда на тебя влияет, как одно связано с другим, какие здесь закономерности. И ты уже не щепка в океане, а тот, кто понимает происходящее и, опираясь на это, может выплыть из любого, скажем так, шторма.

Но одних правил тоже мало, в главе об этом сказано прямо. Помните того, кто прочитал всё о плавании, а в воду так ни разу и не вошёл? Теория без практики хромает. Уверенно идти можно только на двух ногах. И тут я могу судить по себе.

Как это было у меня

Кандидатскую я защищал именно по ДОТУ, но врать не буду: это ещё не значило, что к тому моменту я понял её глубоко. Зато у меня всегда была, скажем так, активная жизненная позиция... а если по-простому, «шило в одном месте». Мне обязательно надо было всё попробовать и всё прожить самому. Чужое мнение о том, что хорошо, а что плохо, меня мало волновало: своё я складывал из собственного опыта. В общем, долгие годы я был тем самым управленцем-практиком из этой главы, который опирается больше на свою жизнь, чем на книжки (шишек при этом набил достаточно, и, подозреваю, не только себе).

Глубоко в теорию я погрузился позже, когда мы с партнёром делали большой обучающий проект по ДОТУ. Сначала записали «ДОТУПРАКТИК», а потом его вторую, более глубокую часть – «ДОТУМАСТЕР» (то партнёрство сейчас уже закончилось). Сейчас понимаю, что это погружение было даже глубже, чем во время работы над диссертацией. И теперь, без ложной скромности, могу сказать, что разбираюсь в ДОТУ на достаточно высоком уровне, а главное, теория и практика в моей жизни – сходятся. И то, о чём пойдёт речь в «Просто ДОТУ», я не только читал, но и прожил сам.

Зачем эта книга

Собственно, поэтому я и взялся за эту книгу-проект: мне есть что сказать. На поверхности её задача – объяснить ДОТУ простым языком. Но если копнуть глубже, она про то, как вообще устроена жизнь и как её проживать, когда у тебя в руках рабочий инструмент управления.

Прочитать первоисточник, как показывает практика, далеко не каждому по силам: слишком уж мудрёным языком написан текст оригинальной ДОТУ (ещё бы, ведь он писался «учёными для учёных», а не как занимательная публицистика для «обычных смертных», уж простите мне эту игру слов). Я же хочу, чтобы важнейшие смыслы ДОТУ, полезные всем без исключения, стали доступны каждому, кто умеет читать и имеет хотя бы среднее образование. Примерно с такими критериями я и подхожу к переработке текста. И если вдруг вам что-то непонятно и в моём «переводе ДОТУ», обязательно пишите, что именно нужно упростить, – буду дорабатывать.

Неважно, всё ли у вас сейчас хорошо и хочется творить или вы как раз выбираетесь из шторма, – нужно одно: готовность взять на себя ответственность за СВОЮ жизнь. Тогда эта книга станет вам спутником. Теорию даст она, а практику – ваша собственная жизнь. С этой книгой можно по-настоящему обрести субъектность и взять в свои руки то, что от вас зависит. А ещё я верю, что в каждом человеке есть творческая сила, которую вложил в него Творец, и что каждый из нас призван её раскрыть. Раскрыть её может только игрок. Но в жизни, в отличие от игры, роль неигрового персонажа – не приговор. Из неё можно выйти в любой момент.

А вы сейчас кто – игрок или NPC?

Козьма Прутков – вымышленный автор, придуманный в 1850-х годах писателем Алексеем Константиновичем Толстым и тремя братьями Жемчужниковыми. Под его именем они печатали серьёзно-смешные изречения. Эта фраза – из его «Плодов раздумья». ↩